Садизм и мазохизм: вот и встретились

Отправлено superpsixolog от вт, 12/15/2015 - 23:50
sad-maz

Где граница между излишней заботливостью о любимом человеке и угодливостью, сервилизмом? Кого считать извращенцами – родителей, которые воспитывают детей поркой, или граждан, которые хлещут друг друга бутафорскими плетками на тематических вечеринках? О «садо-мазо» слышали все. Но вряд ли все без исключения понимают, что это на самом деле значит.

С чего начинается садомазохизм? С механизма, когда конфликт в паре разрешается с помощью секса. И это, по мнению сексолога и психотерапевта Льва Щеглова, стало опасной тенденцией, получившей в последние годы большое распространение. В любом союзе с продолжительным стажем отношений острота ощущений притупляется. Теперь вообразите – поссорились люди, которые долго встречаются или живут вместе, у них возникает чувство вины, желание поскорее нейтрализовать конфликт, сократить возникшую дистанцию… А где сближение происходит быстрее, как не в постели?!

ЗАМАЛИВАЯ ГРЕХИ

Любая ссора – это отрицательные эмоции, объясняет Лев Щеглов. Гнев, раздраженность – у агрессора, и, наоборот, чувство униженности, раздавленности, обиды – у пассивной стороны. И на этом фоне партнеры прибегают к сексу, стремясь нейтрализовать конфликт. Когда это происходит не три раза, а сто тридцать три, то вырабатывается определенный рефлекс, в точности «по Павлову». Каждый из нас хоть раз в жизни замечал: после примирения с любимым секс ярче и острее. На приеме у психотерапевта некоторые люди признаются: «Я сам иногда провоцирую конфликт – зная, что очень скоро получу море удовольствия». Итак, один из партнеров чувствует пусть бессознательную, связанную вроде бы с сексом потребность если не унизить, то пожурить свою половину. А пассивная сторона, в свою очередь, уже по опыту знает, что после того, как возлюбленный нахамит или за что-то отругает, он становится таким чудесным в постели, «замаливая» свои грехи. Так формируется определенный механизм сексуального поведения. По большому счету – это уже садо-мазо. В повседневной жизни многих пар элемент доминирования и подчинения присутствует постоянно: мужья-подкаблучники, супруги азартных игроков и алкоголиков, супруги неверных мужей. Как это ни парадоксально, если половинки садо-мазо находят друг друга, у них образуется своеобразный симбиоз.

ПАЛЬМА ПЕРВЕНСТВА – У МУЖЧИН

Типичный садист – это вовсе не агрессивный альфа-самец. «Я вижу по судебной практике, – говорит Лев Щеглов, – что большинство сексуальных садистов в жизни – тихие, замученные ничтожества, у них это происходит по механизму компенсации». В своих фантазиях такой «истязатель» вожделеет, чтобы дюжина женщин стояла перед ним на коленях и каждая визжала от страха, моля о пощаде. «А в жизни это зачуханный, хилый тип, нерешительный, ничего не умеющий добиваться», – констатирует сексолог. Сколько среди нас истинных садистов и мазохистов, как они делятся по половой принадлежности? Такой статистики не существует, но специалисты убеждены: мужчин намного больше как среди садистов, так и среди мазохистов. «Очень редко секс-услуги в стиле садо-мазо заказывают женщины, – говорит Лев Щеглов. – Подавляющее большинство сексуальных отклонений и девиаций – это мужская история. До сих пор точного объяснения этой тенденции нет, существуют некие социальные теории о том, что это связано с мужецентричностью всей нашей жизни». Но тогда встает вопрос: почему и мазохистов среди мужчин неизмеримо больше, чем среди женщин? У женщин проявления почти всех отклонений чаще носят символический характер. Например, мазохистичность может проявляться в поведении – в демонстрации своей зависимости от мужчины, в утрировании подчинения: «Как скажешь, дорогой, ты у нас главный». А вот у мужчин это связано с совершенно конкретными вещами. Это традиционные игры мазохистов – он «слуга», он унижен, его гоняют, обзывают, ругают. Или «мужчина-собака», которого держит на поводке с ошейником «госпожа», пинает, стегает плеткой, а после этого следует сексуальная разрядка.

супер

ПРИНЦИПЫ BDSM

Впрочем, садизм и мазохизм – лишь элементы обширной субкультуры BDSM, в рамках которой возможны власть и подчинение, принуждение и ограничение свободы. С единственной поправкой: если соблюдаются условия взаимного согласия партнеров, их совершеннолетия и дееспособности, а также непричинения вреда здоровью. Тремя определяющими принципами BDSM заявляются безопасность, добровольность, разумность. Если не отступать от них, получится как в анекдоте: «Пациент, вы страдаете половыми извращениями? – Ну что вы, доктор, я ими наслаждаюсь!» В среде адептов BDSM, по их признанию, установлены четкие правила и ритуалы: партнеры очень подробно обговаривают условия, предпочтения друг друга и меры безопасности. До сексуального контакта любовники также обязательно должны договориться о «стоп-сигнале» (слове или жесте): если его произносит любой из партнеров, все действия должны прекратиться в тот же момент, без исключений и без вопросов. На первый взгляд, такие отношения иначе, как «опасными», не назовешь, но в сообществе BDSM выработана культура уважения к сексуальным партнерам, которая необходима, чтобы не причинить вреда. Иными словами, и доминант и сабмиссив – тот, кто повелевает, и тот, кто подчиняется, – осознают, что человек, склонный к равноправным отношениям, достоин ровно такого же уважения, как и человек, склонный к неравноправным отношениям. «Будьте внимательны к чувствам вашей партнерши. Она сняла все защитные преграды, чтобы вверить вам свои живые эмоции. Это священно. Не надругайтесь над ними», – гласит руководство для доминантов на одном из «тематических» сайтов.

 

ИГРЫ НА ОСТРИЕ

А как иначе – ведь в арсенале садо-мазохиста не только ролевые игры, когда, к примеру, один из партнеров становится дрессируемым животным, или связывание – бондаж. Многочисленные варианты Edgeplay – дословно «игр на острие» – задействуют огонь, острые предметы, электрический ток и многие другие экстремальные сексуальные практики. И тут любители садо-мазо ступают на скользкую почву – с одной стороны, все оговорено и, может быть, даже подписан контракт. С другой – в экспертном понимании определенные действия могут стать предметом уголовного дела. Ведь визуально BDSM очень схож с проявлениями насилия и жестоким отношением одного человека к другому. «Формально садист, встретившийся с мазохисткой, работают по системе взаимодополнения, им прекрасно вместе, – комментирует Лев Щеглов. – Но мы не можем считать это нормой, потому что результатом таких отношений являются ссадины, боль, кровь, говоря анатомическим языком, повреждения тканей». И тут уже, по мнению многих экспертов, кончается девиация и начинается патология.

«ВАНИЛЬНЫЙ» СОЦИУМ

Впрочем, людей, которые с удовольствием смотрят порнофильмы с садо-мазо уклоном, в разы больше, чем тех, которые реально практикуют отношения такого рода. Более того, Джордж Мани, один из крупнейших американских сексологов, первый убедительно доказал, что сексуальные фантазии девиантного характера вполне возможны у гармоничной, здоровой в сексуальном плане и психологически полноценной личности. По мнению Мани, это – норма. Бэдээсэмщики называют таких фантазеров «ванилью», а их постельные эксперименты – «бархатным бэдээсэмом»: заведомо безопасный секс, совсем не напоминающий экстрим. Склонность к садомазохизму, играм с властью – откуда это берется? Без рассуждений на эту тему не обходится ни один BDSM-форум. Но так же, как до сих пор никто точно не знает, почему одни люди флегматики, а другие холерики, одни визуалы, а другие кинестетики, странно было бы точно знать, почему одни – «нормальные», а другие – «извращенцы». Даже те, кто отчетливо осознает, какое травмирующее событие прошлого послужило катализатором развития садомазохистских наклонностей, не смогут аргументированно объяснить, почему оно сработало именно таким образом, а не затерялось в глубинах подсознания или не реализовалось в других жизненных плоскостях.

ПРИСЛУШАЙТЕСЬ К СЕБЕ

Что делать представителю «ванильного» социума, если он неожиданно замечает в себе какие-то садомазохистские стремления и это его пугает? Для начала прислушаться к себе, разрешить себе принять собственные сексуальные фантазии, проанализировать, как далеко они зашли. «Первый критерий, который позволяет предположить, что вы приблизились к некой грани, – если сюжет фантазий становится доминирующим. То есть я не фантазирую на разные темы, а меня включает только эта, – объясняет Лев Щеглов. – Второе – когда эти фантазии начинают приобретать навязчивый характер. Не просто я иногда у себя это в голове “прокручиваю”, а оно само уже включается, хотя я вроде не очень этого хочу. И третий критерий – самый важный – когда появляются сначала мысли, а потом и действия: не реализовать ли это на практике? Эти критерии говорят о мягком и постепенном съезжании в сторону конкретной, жесткой патологии». Есть и самый общий критерий «диагностики» для всех сексуальных перверсий и особенностей сексуального поведения: патология начинается тогда, когда кончается игра!